Одним из основоположников гуманистической педагогики стал Монтень. Каковы же главные требования, предъявляемые им к системе образования? Свобода, демократия, польза. При свободном образовании наставник предоставляет ученикам возможность самим «просеивать через сито разума» знания, «не вдалбливая их в голову». Монтень считает ошибкой, когда учителя приучают молодежь «к помочам». В итоге такого обучения человек может утратить «свободу и собственную силу». Лишенный права на сомнение, на оспаривание авторитетов, он уже в юном возрасте становится рабом и погибает для общества. Авторитарный принцип неприемлем для Монтеня. Учеба должна включать в себя творчество, общение, путешествия, полезную деятельность.
Фанатизм, жестокость, конечно же, не обошли это время. Образование находилось все же еще в самой начальной стадии. Мракобесие находило выход в таких явлениях, как инквизиция, «охота на ведьм», сожжение запрещенных церковью книг. В 1559 г. папа Павел IV опубликовал небезызвестный «Индекс запрещенных книг», куда вошли многие произведения, внесшие значительный вклад в развитие культуры, науки, образования. Чтение примерно восьми тысяч книг объявлялось смертным грехом. Их авторы и издатели подвергались гонениям. На площадях многих городов запылали костры запрещенной литературы.
Но обучение как таковое, если говорить о широкой массе населения, шло не с помощью книг, а посредством слова. Возникли гильдейские и цеховые школы. Готовя мастеров и ремесленников, они приблизили образование к требованиям жизни и экономики. В стенах профессиональных школ закладывались основы того высокого мастерства, той значительной культуры, что отличает ныне все передовые страны.
Время ускоряет свой бег. 18 век называют веком Просвещения. Локк, Вольтер, Монтескье, Руссо, Дидро «просвещали головы для приближающейся революции».
Что взять за точку отсчета для верной характеристики эпохи: парад ли гениев энциклопедизма («О духе законов» Монтескье, вольтеровского «Кандида», или «книгу судеб» Руссо «Об Общественном договоре») или что-либо другое? Что следует понимать под словосочетанием «век Просвещения»?
В. Даль дает такое определение: «Свет науки и разума, согреваемый чистою нравственностью; развитие умственных и нравственных сил человека; научное образование, при ясном сознании долга своего и цели жизни».
Однако надо признать, что основная масса народа по-прежнему оставалась неграмотной. Хотя французов, скажем, и называли просвещенной нацией, это могло относиться в лучшем случае к элите. В деревнях школ почти не было. В областях Овернь, Лимуазен на 20 деревень, как отмечают историки, приходилась 1 школа. В крестьянских хижинах и рабочих лачугах книга была крайне редким гостем. Когда идейные противники Вольтера обвиняли его книги во вредном воздействии на умы простолюдинов, тот резонно возражал: «Народ у нас не читает. Шесть дней он трудится, на седьмой идет в кабак».
Несмотря на известный прогресс, успехи образования в массе народа в целом пока невелики. Как отмечает Ж-Ж. Руссо в «Эмиле», «искусство образовывать людей», являющееся самым важным из всех, продолжает Оставаться в небрежении. Результаты, можно сказать, налицо. Недаром Монтескье характеризует человека как «общительное животное», Вольтер – как «странное животное», Лабрюйер видит в тружениках «каких-то животных», обладающих «чем-то вроде членораздельной речи».
17 и 18 века ознаменовались и ростом интереса к «проблеме ребенка» во всех сферах культуры, появлением «нового образа детства», более четким хронологическим и содержательным разграничением детского и взрослого миров и, что особенно важно, признанием за детством своей, особой автономной социально-психологической ценности.
Как пишет И. С. Кон в книге «Ребенок и общество» (1988), особый интерес у просветителей в этот период вызывает ребенок как объект воспитания. Это нашло отражение в возникновении специальной детской литературы, преследующей назидательные и дидактические цели. Только в Англии между 1750 и 1814 гг. было выпущено около 2400 названий такого рода книг. Детские и юношеские годы занимают все больше места в просветительских автобиографиях и «романах воспитания». Детство и отрочество изображаются в них как наиважнейший период, период становления и формирования личности героя.
В 18 веке экономическое, политическое, религиозное, социальное и нравственное просвещение совершается в масштабах, несравнимых с предшествующими эпохами. Ускоряется прогресс наук. В 1766 г. философ Гельвеции основывает в Париже Ложу Наук совместно с астрономом Ж. де Лаландом. По замыслу создателей, Ложа должна объединить эрудитов, самые выдающиеся умы своего времени. Ее цель – совершенствование разума. Членами этого научно-философского общества стали ученые с мировым именем – Б. Франклин, Н. Шамфор, А. де Кондорсе, правоведы М. Дюпати и П. Пасторе, живописец Ж. Грез, скульптор Ж. Гудон и другие представители науки и культуры.
То был век поразительных парадоксов и противоречий. Образование и воспитание большинства людей признаются все более необходимыми. Но несмотря на все возрастающий вес знаний, на энергичную работу энциклопедистов, большая часть народа оставалась неграмотной. Если говорить об учителях, то они в массе своей еще недалеко ушли от обучаемых. Г. Бабеф, например, отмечал: «Нет ничего более обычного, чем учитель, не умеющий читать».
Могущественнейшей державой становится Англия. Со второй половины 18 века она – «сердце промышленного мира». Англия не только «промышленная мастерская», но и «учебный класс» мира. Наряду с Францией. Никогда ранее силы поднимающихся классов не работали столь напористо и дружно. В поток истории вовлекаются крестьяне и рабочие. Правда, порой их грамотность ограничивается лишь знанием азбуки. Немногие умеют писать. Но постепенно все классы начинают вовлекаться в образование.
Всеобщее внимание привлекает знаменитая «Энциклопедия», эта «книга всех книг», созданная Д. Дидро и его соратниками. Она становится сводом важнейших и необходимейших практических знаний. На ее страницах пропагандируются новейшие открытия в области наук и различные изобретения.
19 век – это век бурного промышленного подъема, развития науки и техники, роста культуры и просвещения. Конечно же, это вовсе не означает, что невежество исчезло. Как известно, оно прекрасно уживается во всех эпохах.
19 век очень многое определит в технике, культуре, образовании 20 века. Образование становится более основательным и прагматическим.